01:32 

Колесо Года.

Findor Carias
"Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно... " (с) Пикник
Решил собрать стиши про восемь замечательных праздников (плюс новый, самайновский) в отдельный пост, пусть будет.

"Йул"

В ночИ бесконечной
Я путь свой стрелой прочерчу,
И солнечный кречет
Нескоро задует свечу;
Сиянием крыл затмит, и ветром заговорит -
Всё это после,
Успеется,,
А ныне полночь
Приветствуйте.

Побелел, сбежавший от тепла
Этот мир, и втянут в вальс метели,
И пока ему не до глинтвейна -
Он рисует на холсте стекла.
Эй, не спи, звезда моя, мерцай:
Не для нас пока огонь каминный,
В блеске лунном снежная перина
Не сковала землю до конца.
Что ж, другим роднее в клетку плед,
Манит запах имбиря и перца,
И пускай спешат они согреться =
Всё забудь, пьяней дурмана нет
Чем ели дыханья морозного власть.

Ещё чуть-чуть, но сейчас – время сплетать слова
В узор из снежинок, созвездье кристалликов льда,
Смеха искристую вязь.
Трудно ли оживать
Весной, и придёт ли она – это всё ерунда:
Уже разразилась зима, уже разразилась зима.

Жить – кружиться в пляске босиком,
Ранить ноги крошевом хрустальным,
И, немея, пить свой сон прощальный
Перед долгим – или вечным – льдом.
Краски жизни пусть пока поспят:
Чёрный с белым царствуют до срока,
Лишь рябины алой крови горькой
Брызги ядовитые горят.
Мёрзлый голос, сиплый, ломкий смех -
У ветров сегодня нрав колючий,
Старый мир пусть Фимбулвинтер крушит,
Выпускает вьюги для потех:
Рать снежных буранов на бой собралась.

Ты знаешь всё, но молчат звёзды и зеркала,
И кружевом иней мерцает в твоих волосах.
Пусть холодом мир обьят,
Пусть по следам пошла
Под звон колокольцев печаль и блистательный страх:
Уже разразилась зима, уже разразилась зима.

Ночь обнимает, но ты не бледней,
И убегай в чащу от фонарей.
Всё пройдёт, это тоже – подснежник зимою;
Привыкай, выживай – просто время такое.
Приветствуй же долгую ночь,
Зови бесконечную ночь.

"Свечи Имболка"

Вот ещё поворот колеса,
Пахнет в доме парным молоком,
Свечку, ночь напролёт не гася,
Попроси, если знаешь, о ком.

На ветру хрупкий пламень бьётся,
Дрожит,
И звенит серебро в колодце:
Свет-нить.
Думал, луч – а струна запела:
Как так?
Блик янтарный в молчанье белом –
Дан знак!
Что недолго ждать пробужденья
Земли,
А пока – не мешай, пусть дремлет,
Теплы
Будут сны, хоть морозны ночи,
Вода
Снять оковы спешит не очень.
Когда
Впустишь духов к себе погреться,
На чай,
Да хранит тебя до рассвета
Свеча

Коль ты села, звезда, на фитиль,
Приручилась на диво легко,
От незваных невзгод огради -
Пусть не топчется враг под окном.

Тает сердце в огне Бригитты:
Кап-кап.
Песня спета, и песне сбыться -
Сон прав.
Арфа, арфа журчит, пророча
Льду треск,
Солнце лён в полынье полощет
Небес.
Озорник и проказник холод -
Дитя -
Где-то спрячется ненадолго,
Шутя,
Но вернётся, махнув под носом
Хвостом:
Как же, жди, что буян уймётся!
Ничто
Не прогонит его до срока;
Но ты,
Сбереги, свеча, укрой от
Беды.

Воск оплавленный, глина-судьба,
Тяжесть с плеч не опустится, но,
Если за зиму ты не пропал -
Хватит сил повстречаться с весной.


"Остара"

Раз-два – разбита скорлупа,
Лазурный хрупкий купол,
И хлынула сквозь трещину весна.
Трава прорезалась опять -
Рать в латах изумрудных:
Война объявлена, мечи звенят,
Ручьи хранят костры на дне
Серебряной кольчугой,
Монетки рыбьей чешуи в руке.
Пробиться к небу не трудней,
Чем вырваться из круга
Тревог земных, и сон земли согреть.
Рассветной расплескать росой
Сидр, дождь златой грозится
Снести плотины половодьем дня;
И Госпоже своей босой
Ткут серенады птицы.
На первоцветы серебро менять
Пора. И клевер всех венцов
Дороже и милее,
Сокровищ – семя в чёрном лоне Йорд,
Когда цветёт буйней восток
Костров, лесной свирели,
И спелых яблок, алый флаг несёт.

Катись, желток, по небу, дорогою торною,
Тебя не догонит прожорливый волк.
Эй, копья зелёные из смеха калёного,
К зиме побеждённой Рогатый жесток.
Лети, сестра-ласточка, не ты ль, моя ясная,
Свила себе гнёздышко из этих строк?

Скачи, сходи с ума, пляши
В честь заячьего счастья;
Догонишь вряд ли – ну и что с того?
Ключи от врат земель ночных,
И от дневного царства
Звенят в руках – через порог провёл
Зов бронзы, меди: смейся, плачь -
Весов сравнялись чаши,
Граница тоньше волоса, и вот
Сорвётся будущее вскачь,
Из-под копыт вчерашний
Рассыпав жар – шлейф падающих звёзд.
Приносит войско юных трав
Нам на клинках зелёных
Бессонницу и непокой грозы.
Бороться с мельницей, приняв
За великана можно,
Пожалуй, даже разум не спросив:
Такой уж день, такая ночь,
И жаворонка трели
Вьют истин безымянных хоровод;
Каким наречьем призовёшь
Ты Жизнь, как перемелешь
Зерно в росток, что камень разобьёт?

Встало войско смелое, в венках, не под шлемами,
Слава разлетелась – не слушай, не верь:
Мол они, безумные, спор решают струнами –
Юности наивной не время теперь.
Но – что ж они ведают, коль идут с победою
По земле? Не веришь – открывай им дверь!


"Бэлтинне"

По кругу, по кругу – цепочка следов,
Все норы пустуют, и гнёзда молчат:
Барсук и лисица – глянь, танец их вновь
Земной шарик вертит – и пара волчат
Наивных, игривых сцепились в клубок.
Оленье копыто – печать короля,
Ветвиста корона – но следом увлёк
Его за собой как течение пляс.
Спираль хоровода – круженье планет,
И хохот заливист, и ленты пестры.
Врывается май – разве можно не петь?
Светлы нынче ночи, трескучи костры.
Топтали, топтали, упрямо траву -
По лысой поляне ликующий вихрь,
Стоят колесом мухоморы вокруг,
Высокой стеною от взоров людских.
Не приближайся,
Не подходи -
Дик праздник майской
Первой звезды.
Веткой терновой
Стирая грань
Миров – готов ли
Быть правдой пьян?

Хмель-дурман в голове вьётся,
Ночь-капкан скоро сомкнётся,
Зацветает внутри нечто
Небывалое – не излечишь.

Вертись, не вертись – в прежней коже не жизнь,
Отбрось – это просто – и в пламя бросай;
Не спрашивай – как, здесь не перевелись
Обряды старинные и чудеса.
Эй, ветер петляет, кружит в голове,
Волчок ошалелый – и звёзды, и лес,
Змеящимся знакам небесным поверь,
Как нити, скрепляющей разум твой – здесь -
По следу, по следу – за кошкою мышь,
Пчела за медведем; Весь мир набекрень.
Никто не чужак, и коль ты не сгоришь -
То празднуй, пока не пробудится день.
Под ивой, под ивой – где враг, а где друг?
Огонь торжествует, не юн и не стар,
Пока не пропел трижды алый петух
Вокруг безраздельна власть сотканных чар.
Центр лабиринта –
Путей узор,
Клубок забытый
Сбежал – не спорь
С правдою фэйри –
Просто играй,
И сам поверишь
В сон невзначай.

Ось всемирная – царь-древо,
Сер менгир за плечом левым,
Пуст курган за плечом правым,
Третий путь – по ножу, прямо.

"Лита"

Огонь, потанцуй со мной;
Я за руку поведу,
И вспомню вдруг, что живой,
Бесёныш - всем на беду.
Смеётся вдали гроза,
Ей вторить – почти легко.
Сверчок не нашел шестка,
А после решил – на кой?
И музыку горних сфер
Он песней своей сменил,
И вьётся смычок теперь,
Да так, что все струны – в пыль.
Хохочут ветра и рвут
Небесный свинец в клочки,
Чтоб солнцу продолжить путь
Горящим челном тоски.
Лазурь мозаичных грёз
Глядится из облаков,
Горячий камень зарос
Весь малахитом веков.
И катится колесо -
Теперь уже вниз с горы,
И стелется след хвостом
Кометы, пока горит…

Колесо-солнце, спицы из меди,
Дня колесница в пустоту едет.
Но не печалься, рухнет – восстанет
Звонкой жар-птицей да над углями.
Венки и свечи – пустить на воду:
Плыть им далече – сквозь ночь к восходу.
Коршуну в когти – сердце заката:
Бьётся комочек, сочится правдой,
Алою, острой – как красный перец,
Жгущей, как жалит пчёл диких ревность.

Распустись, цветок золотой, колючий,
На холме зелёном – разгони тучи.

А папоротник цветёт
Лишь в эту глухую ночь,
Урочный час промелькнёт -
Не мешкай, гони всё прочь:
Сомненья, страх и покой,
И не крадись, словно вор:
Кто смел – тот и в чаще свой,
Пускай не трещит костёр.
Меж белых стволов берёз,
Под буков тенью густой
Немало плутать пришлось
Пока ты пришел домой.
А дом может быть лишь здесь,
Где лес-чародей сокрыл
Сокровищницу чудес,
Где сна невозможней быль
И мягче постели мох;
Здесь царствует остролист…
Попробуй лишь сделать вдох -
И навсегда растворись.

"Лунаса"

Хлынет море-злато, за волной волна,
Колос тяжкий до земли клонит,
Солнце от зенита мчится – не догнать,
Да пшеница-рожь – ясней полдня,
Всех богатств, что в бездне, распахнувшей зев -
Пусть же дарит чёрное лоно
Лишь янтарь ячменный, зеленью одев
Сад, и пусть смеётся подсолнух.
Всё полнее жизнью рдяное зерно –
Через край. Ликуй, Ойкумена!
Виноградом щедро храм Твой оплетён,
Госпожа смертей и рождений.
Жернова ладоней и кремень зубов
Что перемолоть не сумеют?
Сеятели знают цену мрака, вновь –
Дай лишь срок – цветущего светом.

Отворись, разверзнись, мать сыра-черна земля!
Долго всходы грелись на груди широкой, но -
Пусть получит каждый по трудам, как то велят
Нити твоей пряжи и времён веретено.
Тонко правда вьётся – словно волос, но свинца
Тяжелей. Не рвётся, только вечно в узелках.
Факел элевсинский – руна Кеназ, и назад
Нет пути. Что ищешь, если путь знаком ногам?
Посвящённый мчится –
Змеи в колеснице;
Бычьей силой мерит
Для золота берег.

Ветка под плодами, спелыми вполне,
Гнётся - не ломается – манит.
Рыщет меж снопами лихо волк полей -
Вольный, словно лето не пало.
Алым каплет маком кровь-руда земли –
Заживут рубцы после плуга.
Если б хуже пашни люди не могли
Ничего придумать! – Но служат,
Ох, не благу бронза и огонь-проглот:
Знать мы знаем, а понять – сможет
ли народ, что падаль словно гриф клюёт?
Нет, созреть не светит, похоже.
Рвётся Кали-Юга с тетивы стрелой,
Рея свой посев пожинает,
Возвращая в лоно вечности слепой
Мир последнего урожая.

Вышло время жатвы, и ложится под серпом
Всё, в чём нету правды: чтоб вернуться в круг опять
Сгинет, не оставив ни следа, и, незнаком,
Новый день восстанет белой стаей из огня,
Клёкотом затопит меднокосый Твой простор -
Скошенное к сроку тонкий кокон разорвёт.
Взращивают славу на крови с предвечных пор,
Жизнь готовит жало – только с боем слаще мёд.
Танец стрекозиный:
Только миг – и сгинут
Крылышки-стекляшки –
Но не встретишь краше.

"Мабон"

Тесно ли в небе тебе?
Так возвратись на землю.
Тенью ли, эхом ли – петь
Только о том, что тлеет
Там, глубоко угольком -
Тише, не то разбудишь
Тайну: неистовый гром
Тысячегласо трубит.

Осень пернатая –
Ядом стекает сидр по губам,
Мороком, сказкою,
Южным путём перелётным – прям
Мост через реку рек,
Клён рассыпается на витраж
Жёлтый – собрать вовек
Красное с рыжим не выйдет – прячь
Чёрные крылья – путь
Твой пока ещё верен земле,
Если же плащ сорвут
Танцем ветрА, заметая след
Дел человеческих –
Хуже ли нежитью жить лихой?
Ой, не отвертишься,
Ясно же, чуду ты не чужой:
Ёкнет комок в груди,
Истины ведьминой зачерпнув,
Вороном выудив
Вечную из озерца луну -
Узел змеиных грёз.
Золото облетает с ветвей;
Эй, кто тут перерос
Старую чешую? Чей ответ
Трижды открыл замок?
Ключ охраняет на дне лосось -
Сетью поймать не смог
Гада никто – и мне довелось
Средь остальных глупцов
Ветер в бескрайнем поле искать,
Тешить врага, и вновь,
Выпустив пойманных птиц на пять
Тысяч сторон, найти
Искренность там, где закат багрян,
Новые ждут пути.
Искрой-листом, догорая, стань,
Нотой, под сень дубрав
Войди, и в равноденствия час,
Свет с чернотой познав -
В паденьи небо седлай, смеясь.

Волынка зовёт наверх -
Вырваться на свободу,
Вычертить знаки – но не х-
ватает сил для взлёта.
Вертится калейдоскоп:
Вдребезги - круг заклятый,
Вереск растёт колдовской
Вместо привычной жатвы.

И свежак. Самайн/Сауин.
"Сауин"

Вот так шутка рока – каждый обречён.
Рог с пьянящим мёдом – противусолонь
Обойдёт по кругу – всякому своё:
Догадайся, ну-ка – кто из нас живой?

Где мы, что мы?
Полк безымянный.
Лаем, пляшем,
Славим безумье,
Гибель гоним
Одним оскалом
Жизнь ужасна –
И мы не хуже.

Ах, САуин, САауин – птицей в окно;
Взлетай или падай – но всё решено
По правде.
Под грай воронья, скрежет ржавых ножей,
Кто знает, чей танец смог пламя зажечь,
Кто знает?
Босая нога высекает легко
Искрящийся след. Оперённой рукой
Тки знамя -
Из листьев, углей и дурманной травы,
Из сизого дыма и песен живых.
Прощайте,
Былые дороги и ветхая тень:
Спираль размыкается в ночь перемен
Незваных.
Ступеньками – кости у лестницы вверх,
И спину никто не прикроет от тех,
Кто сзади.
Свирепствуют грозы, и звёзды черны,
Но бойся не их – сторонись тишины,
Бесплотной,
Молчанья, где тайны не ждут никогда,
И правит не день, и не ночь – пустота:
Сорвёшь ли
Свой саван, и станешь ли снова собой,
Коль небо не держится над головой?
А землю
Искать бесполезно – хоть вечность крутись.
Со смехом светила обрушились вниз,
Сгорели.

Кто там скачет
Сквозь стены ветром,
Свистом, воем,
Шальной стрелою?
Прочь, всё дальше,
Тропой запретной -
Кто уводит
Мир за собою?

Дороги открыты, сцепились миры:
Чеканная вязь – в их узоре горит,
Не плавясь,
Грифона и змея союз и война,
Груз судеб, на плечи свалившийся нам
Расплатой.
Ну, как тут в безмолвие не убежать,
Когда отрезает дорогу назад
Терновник,
Листва полыхает стеной – не пройти
Забытые раны костёр бередит:
Всё громче
Из прошлого отзвуки – грезится гром;
Как грянет – ну что же, нам всем поделом,
Придётся
Лишаться привычных покровов, спустить
Свою бесноватую радость с цепи -
Всё просто:
Не пряча рога и клыкастый оскал,
Похвастайся шёлковой плетью хвоста
Под хохот
Гостей, постучавшихся с той стороны,
И с зеркалом лунным один на один
Жестоким
Сойдёшься, и маски отбросишь долой,
Приличья изгонишь все прочь – да, метлой
Поганой.
Лохмотья для пугала – вязь паутин;
Всё сгинуло, стражник остался один
С дождями.

Только что тут
Хранить? Ведь вёсны
Нос не кажут
В твои владенья,
Тучи ходят
Табором грозным -
Месяц даже
Их не заденет.

@музыка: Айрэ "Король Трандуил"

@настроение: типапрраздничное

@темы: легенды и Боги, тварьчество

URL
   

Rökkr hlæjandi

главная