Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
22:46 

Зарисовко. Для Снежища.

Findor Carias
"Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно... " (с) Пикник
Это уже сегодняшнее, не из блокнота.
Итак, зарисовко. Для Огненный Снег, с извинениями за опоздамс.
Эллада. Деянира и Иола. Джен, хотя, наверное, рейтинг небольшой есть - PG-13, за реалии античной военной жизни.
Собирался писать для Снежища совсем другое, вовсе не такой мрачнык, но "Трахинянки" жрут моск - и пошло-поехало. Хотя получилось и не по Софоклу вообще, м-да.

Соперницы

В мегароне холодно и как-то слишком светло. И ти-ши-на.
Деянира предпочла бы мрак - спрятать лицо под покрывалом, безразлично отдать приказания - зря Лихаса отпустила, можно было бы на него дела оставить - и послать всё происходящее подальше.
Она предпочла бы шум и суматоху, рыдания пленниц и нечленораздельные слёзные мольбы. Но если кто из них и всхлыпывает - то сдавленно, украдкой. Остальные - настороженные, обессиленные, с синяками под глазами - ждут. То ли безразличны, то ли остатки достоинства берегут - не разберёшь. Особенно не разберёшь Иолу - бледная, губы искусанные, но стоит прямо. Держится немногим хуже хозяйки дома.
Удружил Алкид сильномогучий, ничего не скажешь. Осчастливил. Привет из дальнего похода передал.
Ну, ладно. Молчанием ничего не добьёшься, взглядом никого не испепелишь.
- Ты, значит, Иола.
Эта Евритова дочь зябко ёжится под тем, что осталось от одежды, но взгляд калидонянки выдерживает.
Прозрачный, серо-стальной взгляд сестры Мелеагра.
У самой Иолы - большие, покрасневшие карие глаза. И синяки предательские - куда ни глянь. На шее - самый заметный.
Несмотря ни на что - хороша. Да только, много ли ей та красота радости принесла?
Деянира вздыхает. Деянира опускает руки. И в очередной раз жалеет, что нельзя одним словом призвать темноту, чтоб укрыла своим плащом.
Ни одна из женщин не отворачивается. Недостойно высокородным проявлять слабость.
- Идём за мной - бросает хозяйка дома. Резко, будто мечом рубит.
В саду сейчас проще всего уединиться, так что они отправляются туда. Чужие уши здесь не нужны, пусть занимаются домашними делами, вместе с остальными частями тел своих владельцев.
Ветер воет, и в нём - голос Ахелоя и свист Геракловых стрел. Две фигуры - высокая, широкоплечая, с царственной осанкой - и маленькая, хрупкая как ива, но не согбённая испытаниями.
- Дурак Лихас. Неужели он думал, что так трудно догадаться, зачем ты здесь?
Иола виновато опускает голову, обхватывает себя руками - рыдания сдержать, или просто чтоб не упасть от истощения?
Ну да. Говорил же Лихас, что есть отказывается. Ничего удивительного.
- Да успокойся ты! Не в логове Горгон, никто тебе глаза выцарапывать не собирается.
Калидонянка касается рукой плеча дочери Еврита. Та не вздрагивает - но в глазах соль щиплется. И выдавить хоть пару слов через ком в горле - неимоверно трудно.
- Я... я ничего этого не хотела! Поверьте! - сухо, скрипуче падают слова.
Да уж. Ещё бы ты, девочка, такого хотела. Сколько из твоих близких мертвы от его руки? И твоего согласия в порыве вожделения - спрашивал ли? Ха-ха три раза.
- Сама понимаю, - кивает Деянира, - но, раз так вышло, надо что-то делать. Ты не первая, кто ему приглянулся, но, о Боги, он намерен тебя оставить в своём доме, надолго оставить, да ещё и теперь, когда законная жена постарела... избавится он от меня и моих сыновей. Несчастный Гилл...
- Го... госпожа, вы что говорите? Вы похожи на жительницу Олимпа, а не смертную женщину, и ни один мужчина в здравом уме...
Дочь Ойнея кисло усмехается. У неё грубые руки, первые морщины и паутина седины в медовых когда-то косах.
- Он не в здравом рассудке, Иола. Он - Геракл.
Геракл берёт, что хочет. И кого хочет - тоже. Геракл не отступается от задуманного.
Жена его - пока ещё жена - продолжает.
- Послушай, я бы смирилась, если бы пришлось всего лишь жить нелюбимой женой. Но если на Алкида найдёт - он меня прогонит, и то в лучшем случае. С этим - не смирюсь. А когда ты родишь детей? Семя Алкидово сильно, так что обязательно родишь. Моих сыновей он сочтёт помехой. Или его дети, когда выростут, сочтут. И тогда...
- Не говорите, госпожа. Не говорите. Понимаю. Мне нужно было умереть ещё тогда, когда он... Сейчас... не знаю, соберусь ли с духом. Давайте... давайте вы, чтоб сразу...
- Прекрати! - и львица позавидовала бы рыку Деяниры.
И она обнимаеет молодую соперницу, и шепчет, что та не виновата, и старается не задеть синяки и царапины, и рассказывает о рогатом Ахелое - а вдруг засмеётся бывшая царевна? А ветер воет.
Евритова дочь не плачет.
А калидонянка задыхается, задыхается, и чтобы разорвать тяжесть этого трекляного полудня, обьявляет.
- Значит, так. Мы едем кататься.
- Ка... таться? Но зачем? А возница... - глаза Иолы распахиваются широко-широко, и ресницы - бархатные.
- Просто так. Развеяться. А за возницу и я сгожусь, благо, править умею лучше многих мужей.
Не слушая отговорок, Деянира отправляет девочку помыться и хотя бы воды попить, а сама тем временем с помощью старого конюха запрягает любимую пару жеребцов. Гнедой и буланый, крепкие и быстроногие. Кнута не терпят - но он и не нужен.
Добрые животные. Хорошие. Тёплые. Обнять гибкую, бархатную шею - и не отпускать никогда, зарывшись лицом в нестриженную гриву.
С упряжью покончено. Калидонянка гладит буланого. Когда Алкид ей его подарил, радостно не было. Слишком масть напоминала о Нессе, будь он неладен. Точно такая же. Потом - юмор был оценён. Да и конь чудо как хорош оказался.
Несс. Несс. Что-то, связанное с ним, топталось у двери памяти и никак не хотело войти. Потные ладони, лоснящийся конский круп, стрела с ядом Лернейской Гидры, кровь...
Кровь. Вонючая, тёмная кровь. Сильнейший приворот, если верить кентавру.
Деянира пока продолжает задумчиво гладить буланого. С кровью разобраться можно и после прогулки. Лихас ещё не отправляется обратно. С ним она и передаст задуманный дар.
И когда приходит Иола, старшая женщина легко вскакивает на колесницу и правит уверенной рукой. Ветер воет, волосы - посерёбрённый мёд и пышные чёрные кудри - крыльями стелятся. Решение есть, есть решение!
Хотя легче почему-то не стало.

@музыка: Мельница "Огонь"

@настроение: А и мне ли жалеть огня...

@темы: тварьчество, легенды и Боги

URL
Комментарии
2012-01-01 в 23:37 

Iraeniss
лучшее средство от всех овечьих и человечьих хворей — это хорошая порция скипидара, крепкое словцо и пинок под зад.
Ух, какое оно! *____*

2012-01-01 в 23:40 

Findor Carias
"Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно... " (с) Пикник
Iraeniss,
А что, неужели таки понравилось?

URL
2012-01-02 в 01:52 

Iraeniss
лучшее средство от всех овечьих и человечьих хворей — это хорошая порция скипидара, крепкое словцо и пинок под зад.
Findor Carias,
Очень понравилось)

2012-01-02 в 02:01 

Findor Carias
"Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно... " (с) Пикник
Iraeniss,
Мучас грасиас. А то стрёмно было, что настолько махровый никанон, но уж так оно написалось.

URL
2012-01-07 в 21:19 

Кай-о Демонический Дельфин
Смерть легче пёрышка, долг тяжелее горы (с)
Ух ты! *__*
Очень здорово, образность такая! Коротко, но живо и ярко! :hlop:
Слушай, по чему именно это "махровый никакнон"? Вспомнить пытаюсь, что-то вроде знакомое, но "топчется на пороге, а войти не хочет" :gigi:

2012-01-07 в 21:40 

Findor Carias
"Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно... " (с) Пикник
Кай-о Демонический Дельфин,
Благодарю, коли не шутишь.
Никанон потому, что, если брать "Трахинянок", то там всё выписано до малейшей детали, Деянира к Иоле несколько строже, ну, и нет никакой поездки на колеснице - Деянире сразу приходит в голову Нессов "подарочек". Но, поскольку другие источники говорят о том, что Деянира зорошо управлялась с оружием и с колесницей, то я решил, что это не такое уж страшное отступление.

URL
   

Rökkr hlæjandi

главная